Подборка книг по тегу: "героиня в беде"

Засада…
Голова раскалывается от детского синхронного плача и однотипных ответов агентств по подбору персонала.
Они постараются мне помочь, позвонят, когда найдут специалиста.
Но мне нужна помощь прямо сейчас.
Димка засыпал на улице. Вскоре с двойной коляской под крик двигаюсь прочь от своего дома.
Кажется, метод работает. Плач затихает, но стоит обрести подобие покоя, как рядом раздается крик.
— Эй, куда! — полная женщина пытается догнать мужчину, который выхватил из её рук сумку.
Но бегун из неё так себе. Сдается через пару метров аккурат возле меня.
— У меня там всё… — произносит трагично. — Куда я теперь пойду в чужом городе?
Идея рождается моментально.
— С детьми ладишь? Могу помочь с крышей над головой, восстановлением документов и прочим, если поможешь с внучками.
— Внучками? — ошарашенно смотрит то на коляску, то на меня, словно мой статус деда шокирует её больше, чем потеря сумки, в чужом, как она выразилась, городе.

- Да, у меня есть дочь. Проваливай отсюда! – рычит на меня как тигрица, так и хочется достать кнут и приструнить.
- Мама, кто этот дядя? – кроха выглядывает из-за длинных маминых ног, с любопытством поднимая взгляд.
- Дверью ошибся, иди солнышко.
- А я как раз к тебе, малышка, - игнорируя Сашу, я присаживаюсь на корточки.
Маленькая девчушка с яркими каштановыми, с рыжим оттенком, волосами смотрит на меня широко распахнутыми карими глазами. Маленький носик морщится, а губы плотно сжаты. В руках она зажимает мягкую игрушку.
- Ты похожа на бельчонка.
- Она похожа на меня, - встревоженная Саша делает шаг в сторону, загораживая ребенка.
Медленно выдыхаю и поднимаюсь. Эта женщина вздымает во мне огненную бурю инстинктов собственника и защитника, как и тогда…
- Ты ведь знаешь, что рано или поздно я войду в эту халупу.
Саша не промах – быстро воспользовалась ситуацией и закрыла дверь. Как же меня прет от нее! Словно спичку в сухую траву бросили. И малая… похожа на меня.

Я приехала на Кавказ снимать свадьбу, но случайно увидела то чего не должна была. Местный бизнесмен зажал невинную девушку, она была бы клеймена позором, поэтому я решила вмешаться...

— Ты что наделала, дура? — шепчет Лейла наутро. — Весь город говорит о тебе. Старейшины требуют крови.

— Но я спасла Амину от позора! Я просто уеду и все, я русская, мне ваши обычаи не важны! — отвечаю я.

— А мне важны! — шипит она. — Ты уедешь, а я останусь, ты подумала обо мне? Это я тебя позвала в свой дом, а ты...

Подруга права, про нее я не подумала да и шанса сбежать у меня уже нет. Меня насильно выдали замуж за местного.

— Ты получила имя моей жены, но не получишь меня. Живи как тень! — шепчет мне жених прямо на свадьбе, он меня ненавидит, ведь собирался жениться на другой, а я испортила все планы ему своей выходкой. Он красив и богат, а я иноверка, которая явно ему не подходит. Я планирую сбежать как только выдастся момент, но с каждым днем все больше привязываюсь к угрюмому мужу...

Он разворачивается. Я смотрю на его широкую спину в чёрной куртке.
— Сдачу возьмите, — окликаю тихо.
Он останавливается. Оборачивается медленно, и я второй раз в жизни вижу его лицо. Запоминаю каждую чёрточку, каждую тень — анализировать буду потом.
Шаг — и он у прилавка. Не отпуская моего взгляда, не отводя своих немигающих глаз, срывает с крючка пачку сухариков, что висит у кассы, и бросает передо мной. Мне.
— Поешь. А то светишься вся.
Говорит и выходит.
Ни усмешки. Ни намёка. Просто как данность. Факт, не требующий доказательств. Истина, утверждённая им самим и произнесённая как закон.
А я наконец делаю первый вдох — и мне хочется сползти вниз, укрыться за стойкой, зажмуриться, спрятать лицо в ладони и… просто заплакать.
Зачем он так? Он ведь меня совсем не знает. И… не дай бог, если узнает.

Меня продали, как мешок муки, чтобы покрыть долги дяди. Вместо брачного ложа меня ждали цепи и плети, но я ударила первой и сбежала в зимнюю ночь. Занесённый перевал, мёртвый мотор, и я, полуживая, в свадебном платье, падаю у ворот чужого шале. Мой спаситель явно не ангел. Он зверь, который смотрит на меня как на добычу. Я плюю ему в лицо, а он смеётся.
— Ты не пленница, — говорит он, разглядывая меня. — Ты груз. Я позже решу, что с тобой делать.
— Решай, — отвечаю я. — Но имей в виду,я не вещь. Я уже убила одного, кто решил мной владеть. Не хочу добавлять тебя в список.
Он смеётся, но в глазах холод. Он видит, что я не шучу.
Между нами война, где оружие не ножи, а желание и гордость. Он говорит, что я его, но я не вещь. Я разбила голову мужу медной вазой. И я не сдамся ни ему, ни прошлому. Но этот медведь слишком опасен, чтобы просто убежать... и слишком горяч, чтобы не остаться.

Он нашел меня в лесу в горах замерзшую, обессиленную, после того как тот, кого я любила, просто вышвырнул меня из своей жизни. Александр Белов, хозяин этих угодий, вытащил меня из чащи, но его спасение оказалось ловушкой.

— Ты никуда не пойдёшь, — сказал он, глядя в упор. — Ты останешься в моём доме, и это не обсуждается.
— Ты не имеешь права! — кричу я. — Я позвоню в полицию!
Он усмехается, закатывая рукав рубашки, и я замечаю шрамы на его руках.
— Звони. Но сначала выслушай меня. Я не твой Егорка. Я не брошу тебя в лесу. Но я и не позволю тебе сбежать, пока ты сама не поймёшь, что хочешь остаться.
Я сжимаю кулаки. Его слова звучат как приговор. Я должна ненавидеть этого человека, бояться его, искать любой выход. Но когда он произносит моё имя с такой хриплой нежностью, я перестаю дышать. Кто он на самом деле: спаситель или похититель? И почему я с каждым днём всё меньше хочу задавать этот вопрос?

Я стояла у забора с ножовкой в руке, чтобы опилить ветки и сжечь, хоть как-то согреться в своем прогнившем доме. Тогда он впервые посмотрел на меня. Сверху вниз. Как на нашкодившего котёнка.
— Ваше дерево переросло… — начала я оправдываться.
— Этими ветками не согреешься, — оборвал он. И ушёл.
А потом принёс плед и термос. Не спросил, не унизил — просто вошёл в мою холодную, разваливающуюся жизнь и перевернул её. Я думала, что бегу от предательства, а попала в клетку к хищнику.
— Ты моя, — шепчет он в темноте. — Скажи, что моя.
Когда прошлое настигает нас пулями и старыми долгами, я понимаю: этот мужчина убьёт за меня. И я останусь. Потому что мой дом — там, где он.

— Где ты? — требовательно произнес Мигель.
— Еду в твою квартиру, вещи собирать, — ответила она отрешенно.
— Вася, что случилось? Какие вещи? — растерялся мужчина.
— Я съезжаю, — сообщила Михеева. — Ты сегодня всем показал, какое место я занимаю в твоей жизни, и мне этого места недостаточно.
— Ты неправильно всё поняла, — заявил он.
Неправильно поняла? А как она должна была понять его полное игнорирование и восхищение другой женщиной?
— Не вешай мне лапшу на уши, — хрипло проговорила Лиса. — Ты сейчас можешь сказать мне тысячу красивых слов, но поступки говорят куда громче… Ты меня сегодня унизил при своих друзьях. Олег смотрел на меня с такой жалостью, с какой смотрят на побитую бездомную собаку! Ты встретил свою дорогую Надежду, и тебе стало сразу наплевать на меня. Я мгновенно превратилась в пустое место. Как ты меня там представил? Василиса. Ни твоя девушка, ни твоя невеста, ни даже друг. Просто Василиса. Я для тебя просто Василиса?

— Если ты не уснёшь... — он делает паузу. — Максимум месяц. Мозг перегреется. Откажет, как процессор без охлаждения. Сначала галлюцинации, потом потеря сознания, потом кома. И всё.
Я смотрю на него. Он смотрит на меня. Я не плачу. Я вою.
— Тихо, — говорит он. Не кричит. Голос низкий, жесткий, режущий. — Слезы здесь не помогут.
— Я... я умру? — шепчу я. — Дамир Рашидович, я правда умру?
Он наклоняется ко мне. Берёт моё лицо в ладони. Сильно. До боли. Заставляет смотреть в глаза.
— Ты умрёшь, — говорит он. — Если будешь сидеть и рыдать. Если не сделаешь то, что я скажу. Если будешь спорить. Но ты не будешь спорить. Поняла?
— Что я должна делать?
— Ко мне. Ты переезжаешь ко мне.

~БⲈⲤПЛⲀⲦⲎⲞ~

Меня казнят за дар, который мне даровала богиня, объявленная проклятой.

Никто не встанет на мою сторону, чтобы не навлечь беду и на себя.

Никто, кроме единственного во всей империи черного дракона, который почему-то решает спасти меня и взять с собой.

Его не просто боятся, его обходят стороной из-за тьмы, что непросто вынести даже драконам.

А вот я... я ничего не чувствую рядом с ним. ни боли, ни давления, сковывающего грудь. Наоборот, я чувствую тепло и как мой дар все ярче светится в груди.